Проект федерального закона об основах государственного регулирования искусственного интеллекта отклонен.
Совет при президенте по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства отклонил законопроект «Об основах государственного регулирования сфер применения технологий искусственного интеллекта в Российской Федерации».
Главная причина отклонения законопроекта, подготовленного Минцифры, носит не технический, а фундаментальный юридический характер. Эксперты Совета по кодификации указали на попытку создать «параллельное регулирование» отношений, которые уже урегулированы Гражданским кодексом Российской Федерации.
Если из проекта изъять некорректные нормы частного права, то он превратится в «пустую законодательную оболочку», содержащую лишь несколько публично-правовых положений, деклараций и глоссарий. Это означает, у законопроекта фактически отсутствует самостоятельный предмет регулирования, не урегулированного иными актами. Новеллы, противоречащие Гражданскому кодексу, были признаны недопустимыми. Иными словами, разработчики предлагают возвести новое здание, игнорируя уже заложенный фундамент.
Недостатки законопроекта: от противоречия Гражданскому кодексу до неисполнимости маркировки
Анализ законопроекта позволяет выявить следующие недостатки:
Противоречие Гражданскому кодексу в части авторского права. Законопроект предлагает признавать объектами интеллектуальной деятельности результаты, созданные с применением сервисов искусственного интеллекта. Это не только противоречит статье 1228 Гражданского кодекса, согласно которой автором может быть только гражданин, чьим творческим трудом создан соответствующий результат, но и подрывает саму суть института авторского права, веками строившегося вокруг творческого вклада человека.
Легализация свободного использования объектов авторского права для обучения нейросетей. Норма, согласно которой извлечение информации из защищенных объектов не является нарушением, если эти объекты были «доведены до всеобщего сведения», де-факто узаконивает «цифровое пиратство» в коммерческих целях. Это обесценивает творческий труд и лишает правообладателей справедливого вознаграждения.
Требования к «суверенным» и «национальным» моделям. Современные большие языковые модели (LLM) обучаются на глобальных датасетах, включающих открытые библиотеки кода и научные базы. Требование разрабатывать и обучать модели исключительно на территории Российской Федерации, силами только российских граждан и юридических лиц, находящихся под их контролем, с использованием данных, сформированных в России, делает эту норму технически невыполнимой.
Читайте также: Маркировка ИИ: почему благое намерение стало законодательным тупиком?
В стране отсутствует достаточный объем релевантных данных на русском языке для обучения конкурентоспособных фундаментальных моделей. Ограничение только российскими данными приведет к деградации качества моделей и усилению технологического отставания.
Обязательное использование только «доверенных моделей». Применение в государственных информационных системах и на объектах критической информационной инфраструктуры (КИИ) только моделей из реестра доверенных может привести к запрету уже работающих ИИ-продуктов, созданных на базе иностранных средств разработки.
Неисполнимость маркировки любого ИИ-контента. Требование к платформам с аудиторией более 100 тысяч пользователей проверять маркировку контента и удалять немаркированный — невыполнимо. Не существует надежного программного обеспечения для стопроцентного детектирования текста, изображений или видео, сгенерированных нейросетями.
Обязанность предоставлять услугу без искусственного интеллекта. Требование обеспечить пользователю возможность получить услугу без применения ИИ (например, на маркетплейсах, в поисковиках и рекомендательных системах) технически невыполнимо. Рекомендательные алгоритмы, антифрод-системы и поисковые механизмы работают непрерывно для всех пользователей — их невозможно отключить для одного человека без остановки всего сервиса.
Риски рамочного регулирования и непосильные издержки для малого и среднего бизнеса
Законопроект носит чрезмерно рамочный характер, делегируя ключевые вопросы на уровень подзаконных актов. Между тем существенные ограничения прав и обязанностей должны определяться именно федеральным законом, а не подзаконными актами. Передача ключевых вопросов в ведение Правительства создает правовую неопределенность для бизнеса: реальные правила игры будут устанавливаться постфактум.
Суммарные затраты на соблюдение требований (сертификация, ведение документации, тестирование, маркировка) оцениваются как весьма существенные. Для малого и среднего бизнеса такое бремя может оказаться неподъемным. Это способно привести к тому, что инновационные компании уйдут в «серую зону» или перейдут в юрисдикции с более гибким регулированием.
Отклонение законопроекта — это не поражение идеи правового регулирования искусственного интеллекта, а демонстрация того, что в России существует институциональный барьер, не позволяющий принимать законы, противоречащие базовым принципам гражданского права.
Судьба инициативы Минцифры высветила главную дилемму: регулирование ИИ должно быть целостным и непротиворечивым, но при этом гибким и не подавляющим инновации. Предстоит сложная работа — внесение точечных, выверенных изменений в действующее законодательство. Только такой подход, при котором фундамент остается незыблемым, может обеспечить ту самую системность и стабильность. Эпоха юридически пустых инициатив должна уйти в прошлое.
Александр Кирпиков
Автор — руководитель центра Кирпиков и партнеры
